Прогрессивный журнал Генезис

ванными в неизменно авторитарном окружении послевоенного общества. Непрерывная сохранность обществен- ных элит и структур предрассудков, с помощью которой Аденауэр покупал одобрение своей политики, оказы- вала парализующее воздействие. Не было ни разрыва, ни появления новых личностей, ни перемены менталите- та — ни морального обновления, ни изменения политического настроя… Даже в 50-е годы можно было стол- кнуться с элитарным и в то же время далеким от политики самовосприяти- ем немецкого университета, а также с тем злосчастным сочетанием наци- онализма и обывательски чванливо- го антисемитизма, которое духовно разоружило наших академических наставников, а то и прямо бросило в объятия нацистов в 1933 году». В зимнем семестре 1950/51 Хабер- мас впервые встретился с Карлом-От- то Апелем, ставшем ему близким другом, чье «просвещенческое мыш- ление» и интерес к американскому прагматизму имели большое значе- ние для последующего философского становления мыслителя. Впервые общественное внима- ние Хабермас привлек в 1953 году, когда он опубликовал в «Frankfurter Allgemeine Zeitung» отзыв на рабо- ту Хайдеггера «Введение в метафи- зику», которая вышла в том же году и содержание которой совпадало с на- званием хайдеггеровского курса лек- ций летнего семестра 1935 года. Только что напечатанную работу принес Хабермасу Карл-Отто Апель и именно в этот момент по словам Ха- бермаса соприкоснулись его левые политические убеждения и филосо- фия, до этого бывшие долгое время разделенными в условиях после- военного академического климата. До этого момента Хабермас считал Хайдеггера одним из своих главных учителей (наряду с Д. Лукачом), хотя никогда и не учился у него непосред- ственно. «Я прочел «Бытие и время» глазами Кьеркегора. Фундаменталь- ная онтология содержала этику, кото- рая, как мне казалось, апеллировала киндивидуальнойсовести,к экзистен- циальной правдивости одиночки». И вот теперь этот мыслитель, которого Хабремас считал своим союзником и одной из главных философских опор публикует свои лекции, прочитан- ные во времена расцвета нацистской идеологии, причем публикует их без какого-либо комментария и преди- словия с точки зрения прошедших лет и произошедших мировых собы- тий. «Лексикон этой лекции отражал обожествление народного духа, драч- ливую строптивость и коллективизм торжественного Мы-Говорим (Wir- Sagens). Неожиданно «здесь-бытие народа» заняло место всякий раз ин- дивидуального «здесь-бытия». Мой недоверчивый ужас я описал тогда, вложив всю душу». Отзыв Хабермаса назывался «Мыс- лить с Хайдеггером против Хайде- ггера», что отражало двойственную позицию Хабремаса того времени — с одной стороны он ученик Хайдегге- ра, а с другой стороны он до глубины души разочарован своим учителем. В этом отзыве Хабермас подверг глубо- кой критике Хайдеггера, причем ос- новное внимание было уделено факту отрицания им морально-политиче- ской ответственности национал-соци- алистского философа за последствия массовых преступлений. В 1954 году Хабермас защищает в Бонне свою диссертацию «Абсолют и история. Амбивалентность в мыш- лении Шеллинга» (Das Absolute und die Geschichte: Von der Zwiespältigkeit in Schellings Denken. (Dissertation) — Bonn: H. Bouvier, 1954). Руководство диссертационным исследованием осуществляли Эрих Ротхакер и Оскар Беккер. После успешного получения уче- ной степени Хабермас работает в качестве внештатного журналиста во «Frankfurter Allgemeine Zeitung», 124